«Оленегорск: Люди. События. Факты»

Железный город серьезных людей


Этот город начинается для меня со стука вагонных колес. Состав спешит на юг. Уже состоялось знакомство с соседями, съедена непременная курица, выпит чай, разобрана постель и начинают слипаться глаза, как вдруг – остановка.


– Оленегорск, – объявляет проводница, – стоянка 10 минут.
Позевывая, спускаешься на перрон, к симпатичным, покрашенным серебряной краской гипсовым оленям десятилетиями, бессменно, встречающим и провожающим поезда. Можно и не выходить, но происходящее за пыльным окном купе манит, притягивает. Ожидающая рядом, неизвестная жизнь влечет к себе, как тайна, тревожащая душу, загадка, которую непременно нужно разгадать. За несколько отпущенных расписанием минут сделать это непросто. Однако – попробуем.
Говорят, первое впечатление самое верное. От давнего знакомства с Оленегорском не осталось в памяти почти ничего. Только идеальная чистота на пустынных улицах да девочка лет восьми-девяти, случайно попавшаяся навстречу, спешившая из школы домой. Ветер трепал ее волосы и большой портфель все время ударял по коленке. Она не обращала на них внимания, лишь иногда убирала свободной рукой с лица непослушную прядь и шла, сосредоточенно размышляя о чем-то своем, как человек, которого не стоит отвлекать по пустякам. Тогда, даже не побывав еще на комбинате, не увидев громадного карьера, где добывают открытым способом руду, я раз и навсегда решил, что нахожусь в городе серьезных людей, занятых серьезным делом.
Было время – здесь действительно пасли оленей, ведь современный Оленегорский район расположен на территории Масельгского лопарского погоста. В 1916 году их сменили поезда: появилась станция Оленья – важный узловой пункт Мурманской железной дороги. Впрочем, и олени, и "оленный" народ оставались еще долго. К примеру, непременным участником всех научных экспедиций в Заимандровские тундры являлся живший неподалеку саам Калина Архипов. Ученые в своих мемуарах упоминают о нем так часто, что его, пожалуй, можно считать сооткрывателем всех крупных месторождений центральной части Кольского полуострова. Кстати, по легенде место, где находится руда, указал людям именно олень, ударивший копытом по горному склону. А на деле его, летом 1932 года, обнаружил студент геолог Николай Зонтов, заметивший, что стрелка компаса в районе горы Мурпаркменч ведет себя странно. И началась в этих краях другая жизнь.
Оленегорск по праву можно назвать "железным" городом, поскольку рождением своим он обязан железной руде. Но большое, как известно, начинается с малого и в феврале 1937-го президиум Мурманского окрисполкома обратился с ходатайством в центральные органы власти, чтобы "утвердить новый рабочий поселок и в нем поселковый совет с наименованием – поселок Оленья". Потом, в военную пору, уже другое железо вышло на первый план – там, где сегодня останавливаются поезда на головы жителей здешних мест падали вражеские бомбы. Первой их жертвой стала, 13 июля 1941 года, кондуктор Е. Суворова. Были и другие. Наконец, уже в мирное время все определилось окончательно. 7 августа 1949 года "во исполнение воли великого советского народа, выраженной в законе о пятилетнем плане, и указания нашего Великого Вождя и учителя товарища Сталина о развитии черной металлургии, как основной базы для дальнейшей индустриализации нашей Родины" состоялась, как повествуется в подготовленном по столь важному поводу торжественном акте, "закладка в Заполярной тундре нового промышленного центра – ОЛЕНЕГОРСКА – рудосырьевой базы северо-западной металлургии".
К вагону, заранее размахивая билетами и документами, подбегают будущие пассажиры. Начинается посадка. Торопливые слова, поцелуи, слезы, смех. Отхожу в сторонку, чтобы не мешать. Думаю об этих людях. Кто они, как относятся к своему городу? Вспоминаю недавний разговор с писателем-оленегорцем Александром Рыжовым.
– Я давно не спрашиваю себя, что для меня Оленегорск, – сказал он мне. – Не вижу смысла рассуждать на эту тему, поскольку здесь все на уровне ощущений, чувств, эмоций. Это город, где мне уютно и комфортно, где я дома. Я родился здесь, рос, взрослел, теперь вот старею. Он стал частью меня, и оценить, определить его столь же сложно, сколь и сказать, как я отношусь к собственной селезенке.
Такова, наверно, высшая степень любви, когда город и человек становятся единым, неразрывным целым. Сколько подобных судеб вместил в себя Оленегорск?! Помимо прежних руководителей Виктора Панкрушина и Петра Зеленова, которые были не только директорами комбината, но и градостроителями. Помимо других людей, по тем или иным причинам оказавшихся на виду. Судеб простых и сложных, незаурядных и обычных. Кто знает...
И поселенцы, и гости сюда приезжали разные, кое-кто и не по своей воле: от безвестных заключенных ликвидированного в 1954-м лагеря, именовавшегося по соображениям секретности почтовым ящиком 241/9 до самых известных и знаменитых. Дважды Герой Советского Союза космонавт Георгий Гречко в 1947 году ставил в здешних лесах палатки и едва не утонул в трясине, находившейся на месте нынешней городской администрации. Через 10 лет Оленегорск официально стал городом, а еще через пять, в 1962-м, неподалеку от него – на военном аэродроме поселка Высокий приземлился самолет с партийным лидером той поры Никитой Хрущевым и министром обороны маршалом Малиновским. Годом позже Фидель Кастро там же впервые ступил на советскую землю. Еще год спустя Александр Роу снимал тут "Морозко" – фильм, получивший впоследствии золотого льва Венецианского кинофестиваля. Опекавший съемочную группу секретарь парткома комбината Кавинский, с которым мне довелось общаться, утверждал, что Роу хотел даже открыть под Оленегорском филиал киностудии имени Горького. Уж больно ему понравился наш заполярный воздух – чистый, прозрачный, струящийся, почти вещественно ложащийся на кинопленку.
Все течет, все меняется. И рапорты об очередной отгруженной юбилейной тонне руды соседствуют теперь в истории Олкона с попыткой его захвата в 2002 году миноритарными акционерами. Надземные разработки уступают место подземным. Ледовый дворец спорта, который раньше выглядел чудом современной архитектуры, кажется уже чем-то из сферы ретро. Но олень на постаменте у одного из городских перекрестков все так же величаво возносит рога ввысь. И попутный ветер надежды подгоняет яхту, как прежде "плывущую" по маленькому скверу.
Поезд трогается. Запрыгиваю в вагон и, возвращаясь в купе, вспоминаю, что недавно получил письмо от детей из Оленегорска-2. "В просторечье наш городок называют Царь-городом, – писали ребята. – Он очень мал и расположен в 25 километрах от районного центра". И просили помочь в сборе материалов для недавно открытого в их школе № 151 музея писателя-моряка Викдана Синицина. Я смотрю в окно, за которым мелькают деревья и сопки и думаю, что Оленегорск, со всеми своими пригородами, по-прежнему, несмотря на все перемены, остается городом серьезных людей, занятых серьезным делом. И в том, как ему это удается, заключается нераскрытая, увы, мной тайна "железного" города.

Дмитрий ЕРМОЛАЕВ, сотрудник Государственного архива
Мурманской области